КЛОУН С СОБАКОЙ КЛЯКСОЙ

Люди среднего и старшего поколения отлично помнят знаменитого клоуна Карандаша и его постоянную спутницу на арене цирка – собаку Кляксу. Какой породы была эта собака, и сколько всего собак было у известного артиста?

Клоун и его верный пес

Клоун Карандаш «в миру» имел совсем другое имя, звали его Михаилом Николаевичем Румянцевым (1901-1983 гг). Народный артист СССР, Герой Соцтруда, и просто любимый всеми человек редко появлялся на публике без своей забавной собаки.

В цирке Николай Румянцев начал работать в 1935 году, собака в его выступлениях появилась не сразу. Кто-то из соседей по коммуналке подарил ему скотч-терьера, которого клоун решил включить и в свои цирковые номера.

Собака какой породы была у клоуна Карандаша?

Так, собака начала сама зарабатывать себе на пропитание, под руководством тогда еще не знаменитого и не заслуженного артиста.

Собаки этой породы отличаются оригинальным, привлекательным экстерьером, покладистым и сообразительным нравом. Немного дрессировки и собака начала выступать вместе с клоуном, к неизменной радости и удовольствию зрителей, особенно – детей. Они с нетерпением ожидали перерывов, чтобы можно было посмотреть на собаку ближе в фойе цирка, потрогать руками, погладить.

К сожалению, век собаки не такой долгий, как у человека, живут они всего 12-13 лет. Место умершего пса рядом с клоуном всегда занимали другие скотч-терьеры, многие из которых были потомками самой первой Кляксы, имели такой же окрас и вообще во всем были на нее похожи. Поэтому зрители не догадывались, что Клякса уже не та. Так и сложился сценический образ из одного клоуна Карандаша и одной собаки Кляксы, а что там было за кулисами – зрителям знать не обязательно.

Всего же, за время работы в цирке, а это 55 лет, у Карандаша было 13 собак – Клякс. Умер клоун в марте 1983 года, его последняя, тринадцатая по счету, Клякса осталась без работы, и перешла под попечительство родственников артиста.

Карандаш и Клякса оставили свой след не только в цирковом искусстве. Мультфильм о них «Веселые охотники» был снят на студии Союзмультфильм в 1954 году. Его и сейчас с удовольствием смотрят и дети, и взрослые, желающие вспомнить свое детство.

А скульптурная композиция Карандаша с Кляксой из бронзы перед зданием Союза цирковых деятелей России появилась уже после смерти артиста в 90-е годы прошлого столетия. Автор композиции, скульптор из Беларуси Долгов Вячеслав.

Шотландский терьер

Скотч-терьер, или шотландский терьер – порода собак, выведенная собаководами Шотландии. Собака невысокого роста 25-28 см очень подходила Карандашу, рост которого тоже нельзя назвать гигантским – всего 142 сантиметра.

Сами шотландцы называют эту породу «большими собаками в маленькой упаковке» несмотря на маленький рост, пес обладает сильным характером, является яркой «личностью» в среде сородичей, и может постоять за себя. Видимо не зря Румянцеву так понравилась эта порода, и он не изменял ей на протяжении долгих лет своей работы в цирке.

Изначально шотландского терьера выводили, конечно, не для выступлений в цирке, собака должна была охотиться на норных животных – лис, барсуков, норку и прочих. А собаки такого направления не бывают слишком крупными. Голова у нее длинная, для проникновения в норы, однако пропорциональная по отношению к телу. Хвост короткий, забавно загнутый, лапы крупные и сильные. Шерсть длинная черного или песочного окраса.

По характеру скотч-терьеры выносливые, умные, сообразительные, легко поддаются дрессировке, но не упустят возможности показать собственный нрав и собственные таланты, но без агрессии.

Клоун Карандаш был не единственным в истории человеком, кому нравились собаки этой породы. Скотч-терьеры были у американских президентов Рузвельта и Буша-младшего, у поэта Владимира Маяковского, и подруги Гитлера – Евы Браун.

Клоун с собачкой

София Домбровская

Каждое утро он просыпался просто человеком. Раз уж здесь сказано – он, значит, просыпался он человеком-мужчиной.

Немного выше среднего роста. Лицо как лицо. Нормальное. Две руки, две ноги и голова. Животик, правда, немного начал уже появляться, намечаться, округляться. А так – всё на месте, всё в порядке. Пожалуй, и сказать больше нечего.

Сразу после завтрака он начинал собираться на работу, благодаря которой, а иной раз – и проклиная которую, он зарабатывал себе на жизнь. Себе и своей маленькой собачке. Семьи, в виде жены и детей, у него не было.

Практически не глядя в зеркало, он делал свои щёки, губы и нос красными. Лоб и подбородок разрисовывал зелёным и синим цветами. В тон свободно сидящему костюму, который он каждый день на себя надевал. Костюму клоуна. И, судя по тому, что уголки губ на его раскрашенном лице всегда были подняты вверх, — весёлого клоуна.

Потом он брал с собой свою собачку, стул, гармошку и огромный зонт (от дождя и солнца одинаково хорошо защищающий) и шёл в старый город. Поближе к большому торговому центру. Что было вполне логично. Там же – всегда люди. А он в них-то как раз и нуждается.

Клоун сидел то тут, то там. В зависимости от настроения, наверное. То возле моста. То – на нём. Когда слева от дороги, когда справа. Иначе же можно сойти с ума. Если всегда на одном месте! Достаточно было того, что играть он умел всего несколько мелодий. А так — хоть какая-то иллюзия свободы и разнообразия.

Потому что на самом деле не было никакой свободы. И никакого разнообразия. Ни в чём. Даже в выборе так называемой профессии.

…В специальном ведомстве, название которого он так и не выучил, ему сказали прямо и однозначно:
— В городе сейчас есть только два вакантных места. Это – престарелая городская сумасшедшая (она недавно умерла) и – клоун с собачкой. Являясь мужчиной, вы никак не можете быть сумасшедшей. Так что – остаётся клоун.
— Я понял…
— С собачкой.
— А почему с собачкой?
— Так положено. В городе с населением от тридцати пяти тысяч человек положено быть двум клоунам. Один из них обязан быть с собачкой. Клоун без вышеупомянутого животного у нас уже работает. Так что Вам ничего другого не остаётся.
— Да, но…
— Обзаведётесь собачкой – приходите получать документы.
— Видите ли, у меня на собаку нет денег.
— Тогда – смотрите объявления в бесплатных газетах о желающих отдать щенка в дар. И, как получите его, сразу к нам. И не тяните долго. Должность уйдёт быстро…

В других городах предложения были ещё хуже. Намного хуже и унизительнее. Так что он решил больше не испытывать судьбу и остаться здесь.

Через несколько дней в одной из газет он прочёл то, что даже и не мечтал прочесть. Кто-то предлагал совершенно бесплатно маленького симпатичного щенка. И щенок этот был из породы миниатюрных собак. Которые быстро вырастают и мало едят. И, что очень важно, всю свою жизнь радуют детей и покоряют сердца взрослых. Малышей любят все. Это почти закон.

Так он и стал клоуном с собачкой. Получил соответствующие документы. Взял на прокат подходящий костюм. И начал свою работу.

Изо дня в день, с весны до поздней осени, он сидел на стуле и играл на гармошке пять мелодий по кругу. Рядом на коробке сидела его собака. Когда мимо них проходил кто-нибудь, клоун негромко, но резко свистел в свисток. Так зазывно и по-приятельски. И, если прохожий, а чаще – ребёнок прохожего бросал ему в баночку монету, клоун благодарил, приподнимал над собачкой маленькую такую шляпку на резиночке и протягивал ребёнку конфетку. И так – всякий раз. Изо дня в день. Прохожие менялись.

Собака Карандаша

Алгоритм повторялся.

Деньги кидали неохотно. От конфет отказывались. Послушать его игру не останавливались. Что было вполне понятно и простительно. Он и сам не остановился бы. Было бы ради чего! Примитивные мелодии. Репертуар бедный. Никакого мастерства. Ни в чём. Но деньги ему были очень нужны. И он продолжал свистеть, пытаясь привлечь к себе внимание хотя бы так. Надеясь на магию внезапного и напористого звука своего свистка. А иногда – даже предлагал детям взять конфетку просто так, потому что она у него есть.

Ведь, если ребёнок не откажется и возьмёт её, то и взрослый, идущий вместе с этим ребёнком, скорее всего, не сможет просто пройти мимо. Он почувствует себя неловко и…покопавшись в кошельке…порывшись в отделе для мелочи, что-то да вынет оттуда. И скажет малышу:
— На, положи в баночку. Для дяди клоуна и его собачки.
И ребёнок сделает это с удовольствием. И потом будет ещё долго идти и оглядываться и рассказывать о том, что клоун поднял над собачкой её малюю-ю-ю-юсенькую шляпку. А потом – снова надел. А потом собачка попила из своей чашечки. А потом…
— Потом, потом расскажешь, нам надо скорее в магазин. У тебя же сегодня ещё балет. Давай поторопимся, зайка.

…Тем летом он впервые осознал, что ждёт её. Только её. Одну из тысяч жителей города. Именно – жителей. Не гостей или случайных приезжих. Потому что она ходила мимо него довольно часто. В разные дни и в разное время.
— Значит, она живёт здесь. Где-то в этом городе. И, судя по тому, что она ходит пешком, она живёт где-то недалеко. Если только она не ездит на автобусе, конечно…- таковы были его мысли.

Чем она его привлекла? Да всем. Она была высокая, стройная, красивая. Впрочем, не это было главным. Не только это. Он не знал – почему он обратил на неё внимание. Он понимал только, что не может больше не замечать её. Он не в силах дальше жить и не думать о ней и не искать её в потоке проходящих, пробегающих и проезжающих мимо него чужих людей. Она была ему интересна. И нужна. И так уж получилось, что при всём этом женщина оказалась ещё и самой настоящей красавицей. В его глазах, по крайней мере.

Она пролетала мимо него, даже не взглянув. Не удостоив. Не снизойдя. Походка такая просто. Она не умела и не могла ходить медленно. Особенно – когда она шла куда-то одна, без детей. Всё – бегом, на лету, без задержек.

И ещё. Она не любила цирк. Нет-нет, не из-за каких-то там эстетических соображений. Она его просто не любила. Каждый человек может ведь что-то не любить. Например, морскую капусту или зиму. А она не любила цирк. Даже ещё больше, чем зоопарк. И не собиралась его любить.

…Поэтому лишь однажды, проходя мимо играющего на гармошке клоуна, она подумала:
— А ведь цирк-то – даже и не приезжал.

И забыла о нём. О клоуне. До того лета.

Жара была уже невыносимой. Она никого почти не радовала. Даже дети начинали жаловаться на то, что солнышко их кусает и что у них сильно болит голова. И требовали или срочно отвести их домой, или – разрешить идти играть в воде. Третьего было не дано.

Клоун почти сварился в своём гриме и костюме. А собачка умирала от жажды. Смотрела на него грустными и преданными глазами и очень хотела пить. Вода у них закончилась. И не откуда было больше взять. Тогда клоун решил, оставив собаку и все свои вещи, быстро сбегать в магазин и купить воды. И сбегал. И купил. А на обратном пути увидел её. В коротком, открытом и обтягивающем летнем платьице. Чёрно-белого цвета. Которое шло ей удивительно. И подчёркивало все её достоинства. И ему не пришлось долго думать для того, чтобы представить себе – как она выглядит без платья. Он мысленно раздел её за секунду. И чуть было не споткнулся и не рухнул к её ногам.

Они шагали по мосту, прямо посередине. Она – туда. А он – оттуда. Она легко и стремительно. А он — медленно, в оцепенении. Она в полупрозрачном сарафане. Он в нелепом своём костюме. Шагали навстречу друг другу. И – столкнулись. Взглядами.

Она на мгновение остановилась, посмотрела на него. И уловила его тяжёлое дыхание. А ещё – поняла, что он смотрит на неё. Оттуда, из своего загримированного, искусственно созданного образа. Живыми глазами. Глазами мужчины. Довольно ещё молодого. Выше среднего роста. Потому что – выше её самой. Мужчины, который увидел женщину.

 — Бедный, как ему должно быть жарко. В его кошмарной одежде. С его разукрашенным лицом. Ведь все поры закрыты! Я бы так не смогла. Ни за что. Он же еле дышит уже. Ужас.

Ему очень хотелось что-то сказать ей. Но – как? Говорить, как подобает клоуну, он не умел. Это не входило в его задачу. Он должен был только играть, свистеть и благодарить. И всё. Он же не настоящий, не из цирка. А заговорить с ней как обычный человек он тоже не мог. Он же – в костюме. В маске. В виде клоуна. Абсурд. Сумасшествие какое-то. Так ведь можно и напугать человека…И он промолчал. Хоть это было очень сложно. Потому что сердце стремилось к ней. И ему самому тоже хотелось к ней. Вслед за сердцем. И даже – обгоняя его.

С тех пор ничего не изменилось. Клоун продолжал своё дело. Она жила своей жизнью.

Потому что в этом городе, с населением больше тридцати пяти тысяч, у неё тоже было своё конкретное предназначение. Она была матерью. Где-то работала. Не целый день, разумеется. Так, чтобы хватало на жизнь, и чтобы дети не были брошены.

Он каждый день давал себе слово, что, как только он увидит её в следующий раз, он обязательно заговорит с ней. И каждый день это слово он брал назад. Сам у себя. Не находя в себе сил открыть рот. И, забыв о том, что он – весёлый клоун, сказать ей просто и серьёзно. То, что он хотел ей сказать.

А она, всякий раз проносясь мимо него, украдкой бросала на него единственный быстрый взгляд и пыталась представить себе – как он выглядит на самом деле. Постепенно она разглядела цвет его глаз. Серо-зелёный. Потом – поняла, что у него довольно крупный нос. Который совершенно не портит мужчину. Этого – точно не портит…И так, слой за слоем, она мысленно стирала грим с его лица.

…Лето закончилось. Так как-то резко оборвалось. Осень в этот раз обошлась без долгих церемоний. Пришла — и всё тут. И началась. И всё вокруг намочила, осыпала и заморозила даже слегка.

— Странно, обычно в такую погоду уже никто не сидит в старом городе и ни на чём не играет. Кто бы это мог… Ах, да это же он. Клоун с собакой.
За время отпуска она немного забыла о нём. И уж никак не ожидала его встретить здесь. Сидящим и играющим. При плюс пяти. Не ожидала. И потому искренне удивилась. А потом побежала дальше. Останавливаться без особой надобности ей сегодня не хотелось. Слишком много надо было успеть. Последний день перед школой. У младшей дочери не оказалось белых колготок. Попробуй их теперь найди.

Клоун сидел и грустил. Собираясь на работу, он забыл нарисовать себе улыбку. А, после того, как женщина промелькнула два раза перед его глазами – один раз туда и через час обратно – он совсем упал духом. И, кажется, даже начал плакать. Под дождём и под зонтом. Отчего бы ещё могло стать мокрым его лицо? Только от слёз.
Потому что ведущий прогноза погоды сказал сегодня утром:
— Завтра, как, впрочем, и всю последующую неделю, намечается сильное похолодание. Дожди. Порывистый ветер. В конце недели – мокрый снег.
 
Сезон закончился. Теперь работать можно будет только раз от разу. В сухую и солнечную погоду. Это значит – он будет видеть её всё реже. И, скорее всего, так и не сможет поговорить с ней. Никогда в жизни.

…На следующее утро, проснувшись просто человеком, мужчиной, и вспомнив, что сегодня ему не придётся накладывать грим и надевать свой разноцветный балахон, он в первую минуту даже как-то растерялся. А потом – впал в глубокую задумчивость.
— А что, если я… Ну да, почему бы не попробовать?

И он создал в своей голове такой вот план. Он, пока погода не наладится, будет каждый день гулять возле того моста, ведущего к торговому центру. И, если ему повезёт, если ему это суждено, – он обязательно встретит её там. Он ведь успел подметить, что она ходила туда мимо него каждые два или три дня. Правда, в разное время. В совершенно разное. Но ему ведь некуда спешить. Он абсолютно свободен. Он сможет её дождаться. В этом он был уверен на миллион процентов. И, дождавшись, он решится, наконец, подойти к ней. Он – настоящий. Выше среднего роста. Выше, чем она. На полголовы. Намного больше её — стройной и хрупкой. Почти невесомой. Лёгкой и как бы даже мимолётной. Пролетающей рядом с ним, мимо него. И он в силах остановить и удержать её. Он думает, что в силах. Тем более, что вся осень и вся зима теперь в его распоряжении. Подумать только — целых два времени года! И сегодня – лишь первый день.

© Copyright: София Домбровская, 2008
Свидетельство о публикации №208092300618

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора София Домбровская

Рецензии

Написать рецензию

Другие произведения автора София Домбровская

карандаш

клоун с Кляксой

Альтернативные описания

• клоун с канцелярским псевдонимом

• письменная принадлежность

• предмет для рисования

• псевдоним артиста цирка, клоуна М. Румянцева

• инструмент для макияжа

• чьи следы уничтожает ластик?

• одним из прообразов этого предмета была свинцовая палочка в кожаной оправе

• турки называют его «черный камень», а мы пользуемся им в деревянной, металлической или пластмассовой оправе

• «черная душа, всю жизнь в одной рубашке» (загадка)

• все его работу легко стереть

• инструмент чертежника

• «черный Ивашка, деревянная рубашка, где носом ведет, там заметку кладет» (загадка)

• инструмент для черчения, рисования

• инструмент для рисования

• им рисуют

• черная душа и в одной рубашке

• твердый канцелярский клей

• «канцелярский» клоун

• быстро тупеющий инструмент художника

• «простачок» из пенала

• палочка с графитовым стержнем

• клоун

• графит в деревянной оболочке

• псевдоним клоуна Румянцева

• его след стирает ластик

• орудие художника

• им рисуют, а ластиком стирают

• михаил Румянцев на арене цирка

• грифель в деревянном макинтоше

• Инструмент чертежника

• Письменная принадлежность, деревянная палочка со стержнем

• Чёрный Ивашка, деревянная рубашка, где носом пройдёт там заметку кладёт

• Псевдоним российского клоуна Румянцева

• Цирковой псевдоним клоуна Румянцева

• Российский артист цирка, клоун (1901-1983)

• Клоун с Кляксой

• "Канцелярский" клоун

• "Простачок" из пенала

• "черная душа, всю жизнь в одной рубашке" (загадка)

• м. графит; ископаемое, состоящее из угля и железа.

Карандаш (клоун)

Это же вещество, вставленное пруточками в деревянную трубочку, для черченья и рисованья. Всякая сухая краска, в палочках, для рисовки, для писанья сухими красками, пастелью, карандашами. Карандашный, к карандашу относящ. Карандашный прииск, рисунок. Карандашевый, графитовый, из серого карандаша сделанный, Карандашевая коломазь. Карандашник м. карандашный мастер

• турки называют его "черный камень", а мы пользуемся им в деревянной, металлической или пластмассовой оправе

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *