КАФЕ АЙ ЭЛЬБРУС

     Чегет можно назвать культовым местом для туристов. Знаменитая поляна Чегета известна отдыхающим со времен СССР как самое шумное, веселое и оживленное место в Приэльбрусье. Тут были построенные такие знаменитые на весь Союз гостиница Чегет и кафе Ай а так же первая в СССР канатно-кресельная дорога, которая позволила первым любителям горнолыжного спорта подняться на склоны горы что бы обуздать его дикие и опасные склоны. Трассы Чегета издавна считаются сложными и под силу опытным горнолыжникам. Катание здесь дарит любителям острых ощущений незабываемые впечатления, во время которого можно насладиться красотой чудесных ледников Донгуз-Оруна и вершины Накра, увидеть как на ладони известный ледник «Семерка» и панораму Баксанского ущелья.  Гора Чегет высотой 3650 метров. Идеальное место для экстремального отдыха. Склоны Чегета делятся северные и южные. Северные склоны наиболее жесткие и бугристые по сравнению с южными. Они-то, по большей части, и привлекают сюда любителей фрирайда, так как квалифицируются высокой степенью опасности и сложности.

Скачать из базы песен: Эльбрус и Чегет 2015 бесплатно

Южные склона более мягкие, но и здесь можно встретить  порой очень крутые участки наклоны которых приближаются к 90 градусам. На поляне Чегет сосредоточенно множество отелей и кафе предлагающие цены и услуги рассчитанные, как говорится, на любой кошелек. Перед гостиницей Чегет зимой заливают каток для катания на коньках, играет музыка, после катания на лыжах и сноубордах люди отдыхают в кафе и в одном из самым знаменитых баров на Чегете – DeepPurple. На Чегете часто проводят всякого рода фестивали и концерты. Один из самых известных – это фестиваль бардовской песни имения Юрия Визбора.
    Среди гостей региона всегда идут споры по поводу предпочтения катания тем или иным трассам. Кому-то нравятся долгие и пологие скаты на Азау а кто-то любит дикие и адренолиновые спуски Чегета. Но какую бы трассу  не предпочли для катания Вы в любом случае прибудете на Чегет что бы подняться на канатке до кафе Ай, где за кружкой чая с горными травами или стаканом горячего глинтвейна модно насладится панорамой Кавказских гор и самым открытым и красивым видом на красавец Эльбрус.
 

 Характеристика горнолыжной трассы Чегет.

1 очередь. От станции «Чегет-1» 2100 м.  до станции «Чегет-2» 2750 м . Длина трассы 1600 м. Перепад высот 650 м.
2 очередь. От станции «Чегет-2» до станции «Чегет-3» 3000 м. Длина трассы 900 м. Перепад высот 300м.

 

Комплекс  канатных дорог на склоне Чегет.

На Чегете действует 3 очереди подъемников канатно-кресельной дороги. От нижней станции на поляне Чегет до второй станции отходят две линии: однокресельная канатка и парно-кресельная дорога. Обе линии идут до второй станции где расположен кафе Ай. От второй станции выше на «Чегет-3» идет одна очередь однокресельной канатной дороги.

№ очереди Название Высота, м Протяженность, м Время в пути, мин Примечание
1 Кресельная канатная дорога «Чегет-1» 2100-2750 1600 11 От поляны Чегет до кафе Ай
2 Парно-кресельная дорога «Парная» 2100-2750 1600 17 От поляны Чегет до кафе Ай
3 Кресельная канатная дорога «Чегет-2» 2750-3000 900 6 От кафе Ай до станции «Чегет-3»

 

 

 

 

Курортник

Николай Ник Ващилин

               
Василию Аксёнову, стиляге,забияке и писателю.

      После защиты диплома  в феврале 1972 года хотелось гульнуть так, чтобы вспоминать об этом всё оставшуюся жизнь. Прошли шесть лет мучительного поглощения знаний. Почти всухомятку. Были, конечно, и весёлые каникулы, и яркие встречи. Но всё равно, хотелось себя чем-то наградить. В голову ничего  сверхъестественного не лезло. Как не встряхивал я свои мозги, рисунок калейдоскопа был одним и тем же — Сочи, Сочи, Сочи. Зимой  —  Сочи, летом – Сочи, граждане,  ну голова ж болит. За границу тогда не ездили, а если ездили, то пробивать это через партийные комитеты всех рангов нужно было не один месяц. И не два. И ещё не факт, что какой-нибудь козёл в парткомиссии не позволит  покидать пределы СССР, чтобы своими антисоветскими взглядами не опозорить моральный облик строителя коммунизма. Отпускали за границу в основном рабочих. И тут подвернулся мне один умник  по имени Миша Губкин из прослойки партийной  интеллигенции, который только что вернулся с  Чегета. Он с женой купил путёвку в Турбюро на улице Желябова  на турбазу в Азау за 74 рубля на человека и рассказывал  в компании свои впечатления: лучше гор могут быть только горы! Он был немногословен. Партийная этика! К тому же он был такой загорелый, как будто побывал в Африке. Мысль эта упала в благодатную почву моего сознания, воспитанную хемингуэевскими Снегами Килиманджаро и начала быстро вызревать. Путёвки в турбюро оказались в ассортименте и я взял две. Моя фантазия быстро создала сногсшибательный план — две недели  на Чегете завершить лыжным спуском к Чёрному морю в родное, обжитое Сочи. За это время водичка в море прогреется и «поспеют вишни в саду у дяди Вани». С Марком мы сговорились быстро. Долго уговаривать на вкусное его было не нужно.
       Самолёт Ил-18, мерно жужжа своими моторами, принёс нас к подножию Чегета в Пятигорск и через час виляний по Баксанскому ущелью вдоль горной речки, полноводной минералкой   Нарзан, с чувством лёгкого подташнивания мы очутились в раю. Кругом, заслоняя небо, высились снежные вершины гор, вдоль реки росли зелёные ели и сосны,  из которых выглядывал уютный домик, маня тёплым жёлтым светом сквозь замороженные окна.
       Встречали нас местные абреки, бородатые ангелы гор, жадными глазами оценивающие приехавших девчонок. Мне это как-то сразу не понравилось. Моя молодая жена должна принадлежать только мне. Но кроме меня так больше никто не думал. В холле гостиницы новобранцев  уже поджидала стая московских самцов с обгоревшими носами, которая набросилась на девушек с любезными предложениями поднести в номер их вещи. Белокурую привлекательную мою жену быстро окружили доброхоты, рассказывая ей разные небылицы. Она хлопала своими заиндевевшими ресницами, переводя свои голубенькие глазки то на одного, то на другого кавалера. Я ринулся к ней, но пробиться сквозь стаю голодных кобелей оказалось  не просто. Схватив одного из них за воротник, я швырнул его в сторону. Задев стол, он полетел через расставленные на полу сумки и чемоданы и угодил головой в торшер с цветами. Вечеринка началась. Горшки, с грохотом разлетевшиеся по полу,  засыпали всё землёй. На меня сыпались упрёки и сверкания глазами. Жена стояла как оплёванная, не понимая кто посмел испортить ей такой горячий и заслуженный приём.
— Вася!-разлетелся истошный вопль по ущелью.
— Что с тобой?
— Ты жив?
— Голова, как твоя голова?
— Мы его сейчас.
      Я стоял, как одинокий утёс, набычившись и тяжело дыша. "Ангелы гор" налетели на меня со всех сторон и повисли на моих руках. Вася поднялся с добродушной улыбкой и, потирая затылок, растерянно произнёс
 — Я  хотел только…
Дружный смех снял напряжение. Все понимали, чего он хотел "только" и с ухмылками поглядывали в мою сторону. Я взял свою сумку и пошёл за семенящей, раскрасневшейся женой в свой номер. Там  перед открывшейся панорамой Баксанского ущелья я узнал, что опозорил  её этой хамской выходкой и  что она от меня уходит. Куда — не сказала. Мне ничего не оставалось, как спуститься в холл.
      У барной стойки прилетевшие со всей страны девушки щебетали с обгоревшими на солнце парнями и пили через трубочки живительную влагу с заграничным названием — коктейль. Я вышел на улицу. Мороз, горы, звёзды, тишина.
      На следующее утро Вася протянул мне руку и сказал, что я его не правильно понял и что он желает нам счастья и здоровья. Оказалось он носил  широко известную фамилию Аксёнов и считал, что ему многое позволено. Когда жители гостиницы потянулись с лыжами к подъёмнику, мы с Васей обнаружили общность в отсутствии этой страсти и сопровождали постояльцев на гору до кафе "Ай". Кафе со сногсшибательной панорамой на вершины гор Кавказского хребта славилось тем, что от одной рюмки коньяку на такой высоте можно было балдеть весь день и на этом сильно экономить. Встретить здесь можно было всё высшее общество строителей коммунизма. Модное было местечко.
 Первый раз мы спускались пешком, по пояс утопая в снегу. Ехать вниз на подъёмнике на Чегете считалось дурным тоном. Мимо со свистом пролетали лыжники. Потом, потеряв всякий стыд, вниз мы ездили на подъёмнике, наслаждаясь запахом снега, причудливыми изломами гор, звенящей тишиной, время от времени прорезаемой шуршанием снега из-под пролетающих под нами слаломистов.
       Мы с Васей оказались одинаково прохладными любителями лыжных виражей и ежедневно после проводов обезумевших и склонных к экстремизму людей в ортопедических ботинках на гору, встречались на террасе гостиницы, устраивались в шезлонгах и вели непринуждённые беседы, причмокивая коньяк из карманных никелированных фляжек и посасывая трубки, набитые голландским табаком. Или  уж совсем потеряв чувство реального, раскуривали кубинскую сигару, скрученную вручную на ляжке самой обворожительной жительницей острова свободы, вдыхали с дымом запах её тела, смешанного с бризом Карибского моря. В ту пору поголовного иллюзионизма эти сигары продавали даже в баре гостиницы "Иткол", в нагрузку к порции кубинского рома со льдом. Такое было изобилие роскоши в СССР.

Эльбрус Джанмирзоев

  Слаломист из ГДР, заказав порцию рома и получив сигару в нагрузку, лишился дара немецкой речи и перешёл на абхазскую. Такое вот Вавилонское столпотворение происходило перед коммунизмом в Баксанском ущелье. Я уж не говорю о других районах нашей бескрайней Родины.
      Вася выспрашивал меня о моей жизни. Ему, как писателю, всё казалось интересным. О себе он рассказывал мало и только в контексте обсуждаемых ситуаций. Я рассказывал ему о своих планах поехать после Чегета в Сочи и позагорать там на весеннем мартовском солнышке. Мой приятель Марк Крейчман уже туда прилетел и ждал меня в "Приморской". Вася слушал мои мечты, развесив уши, и не верил, что в стране коммунистической диктатуры можно устраивать себе такие "сафари". Своё детство Вася провёл в Сталинских лагерях вместе с мамой, Евгенией Гинзбург, и у него сохранялся животный страх перед властью. Я же с ней играл, как балованный ребёнок со сторожевой собакой. Дети доверчивы и не чувствуют опасности.
   О Красной поляне тогда слышали немногие туристы в Сочи, но до Агурских водопадов, горы Ахун или озера Рица добирались почти все. Подводные ныряния с аквалангами на причале Бзугу в те времена были такой же экзотикой, как полёт в космос. Вечерние танцы на одиннадцатом этаже нового корпуса "Интуриста" ещё не называли дискотекой. А загорать среди цветущей сакуры сочинского дендрария и лениво подкармливать павлинов просто никому не приходило в голову. У шахтёров было в почёте сдавать картишки на гальке у самого синего в мире Чёрного моря. Про теннисные матчи на Ривьере или футбол с Олегом Блохиным на школьной спортплощадке у "Приморской", об утреннем кофе с миндальными пирожными на террасе  он слушал вяло и рассеянно. А вот когда я рассказывал, как Марик клеил девчонок, Вася забывал причмокивать коньяком и попыхивать трубкой. Трубка гасла и он раскуривал её вновь, переворачивая вверх тормашками. Вася бывал в Сочи, но что там так много интересного, он себе не представлял. Ещё меньше он представлял себе всё многообразие ,котрым жила наша огромная многонациональная страна.
     На другой день идти на гору не было сил и мы с Васей остались загорать на террасе. Подъехал автобус и из него вышел одинокий гражданин с новеньким чемоданом. Он  был последним туристом из этого заезда. Из Свердловска долететь вовремя до Пятигорска было делом не лёгким. В считанные минуты он разместился и в чёрных семейных трусах был уже на террасе и угощал нас дорогим коньяком "КВ".   
  Семён оказался сталеваром и за ударный труд был награждён бесплатной месткомовской путёвкой на турбазу "Иткол". Ещё бы несколько рекордных плавок и он бы поехал в ГДР, как его бригадир. Осушив бутылку мы засобирались. Загорать на горном солнце долго было небезопасно. Можно было сгореть. Оно богато ультрафиолетом. Наш новый друг из Свердловска пропустил предостережение мимо ушей, не придав этому факту никакого значения. Привык жариться у Мартеновских печей. Привычка — дело житейское. А мы с Васей разбрелись по номерам, соснуть часок под коньячные грёзы.
      Разбудил нас вой сирены скорой помощи. В холле гостиницы толпа возбуждённых туристов сострадательно пересказывала историю ожога жадного до загара новобранца. Его, как сквозь лупу опалило лучами палящего горного солнца и он покрылся волдырями. Оказалось он уснул в шезлонге и проспал на солнце до захода, пока его не начало лихорадить.
      В веселии и приплясываниях прошли две недели. Основной темой для гоготания и пересудов на террасе и склонах гор оставался неудачливый пролетарий, получивший ожог в первый день своего отдыха на Кавказе и валявшийся забинтванным в больнице. Пару раз к нему даже посылали делегацию с передачей закуски и спиртного из бара. Собрались то на курорте не изверги, а интеллигентные советские люди с высшим образованием. В "Итколе" готовились встречать новую смену и пополудни загоревшие и отдохнувшие постояльцы высыпали с вещами на улицу. Площадь перед отелем напоминала восточный базар. Прощально шатались на баксанском сквознячке лапы вековых елей. Подошёл краснобокий Икарус и все начали укладывать свои сумки в багажное отделение. Весело подкатила белая Волга "Скорой помощи" и из неё выскочил наш обгорелец. Восторг и радость охватила толпу. Облапав двух — трёх подвернувшихся баб, Семён слетал в камеру хранения за своим уголком, вихрем влетел в автобус и сел на первое кресло рядом с водителем. Лицо его светилось радостью предстоящей встречи с родными и близкими. Скрывая её из-за природного стеснения, он прятал обгорелое лицо за чемоданом, прочно стоящем на его рабочих коленках. Ему не терпелось рассказать дома свои впечатления об отдыхе на модном горнолыжном курорте. На предложения шофёра поставить чемодан в багажное отделение Семён не отвечал, а только улыбался каким-то только ему знакомым видениям. Он утопал в мыслях о своём.
               
               

© Copyright: Николай Ник Ващилин, 2011
Свидетельство о публикации №211080301094

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Николай Ник Ващилин

Рецензии

Написать рецензию

Читала и невольно улыбалась:
Всё так знакомо, ностальгически — счастливо…
Как будто в юности случайно оказалась,
Пойдя за Вами, словно за Мессией.

АЙ-АЙ-АЙ!!!!!!
С благодарностью.

Натали Гордеева   09.08.2011 10:55     Заявить о нарушении

+ добавить замечания

Написать рецензию     Написать личное сообщение     Другие произведения автора Николай Ник Ващилин

Похожие песни

Два часа на самолете или 32-34 часа с веселой компанией на поезде до Минеральных Вод, далее 3,5 — 4 часа на комфортабельном автобусе и… Приэльбрусье — национальный парк, расположенный в глубине Баксанской долины, у подножия высочайшей вершины Европы – г.Эльбрус (5643м).

Этот регион входит в тройку крупнейших горнолыжных районов России. Не удивительно — здесь имеются уникальные возможности для всех, кто имеет какое-либо отношение к зимним видам спорта: катание с горы с подъемом на ратраке, сноуборд, ски-экстрим, хейли-ски.

Сама природа создала этот край для отдыха и наслаждений. Перед глазами посетителей встают снежные вершины, причудливые скалы, похожие на средневековые замки, бурные реки, ледники. У подножья Эльбруса много целебных минеральных источников, воды которых возвращают здоровье больным людям.

Мягкая зима Приэльбрусья с искрящимся пушистым снегом и вершинами, сияющими на фоне ослепительно-синего неба, заворожит вас. Одно маленькое свидание с Эльбрусом – и Вы захотите сюда вернуться еще не раз!

Климат Приэльбрусья мягок и благодатен. Зимой верховья реки Баксан – одно из самых теплых мест, находящихся на высоте от 2000 до 4000 метров над уровнем моря. Горнолыжный сезон здесь начинается в ноябре и длится до апреля, а в отдельные годы и до середины мая, а в альпийской зоне снег лежит до мая – июня. Если вам никогда не приходилось загорать, стоя на снегу, то в Приэльбрусье у вас появится такая возможность.

Здесь вас ждет сеть бугельных подъемников, 12 километров канатных дорог, 35 километров горнолыжных трасс, многочисленные туристские маршруты. 

Оборудованные трассы, уникальная возможность как для начинающих, так и для подготовленных сноубордистов и лыжников. Катание по самым разнообразным склонам и трассам на горе Эльбрус до высоты 4200 метров и горе Чегет до высоты 3050 метров.

На горе Чегет:

1 очередь: Поляна Чегет – Кафе «Ай»

На первой очереди построены две ветки: канатно-кресельная (одно-кресельная) канатная дорога (ККД) "Чегет 1" и парно-кресельная дорога (ПКД).
Канатно-кресельная дорога "Чегет 1" начинается от нижней станции «Поляна Чегет» и идет до станции Кафе «Ай» (2750 м).Станция кафе «Ай» располагает смотровой площадкой, откуда открывается великолепный вид на горы.
Парно-кресельная дорога дублирует ККД и также идет от нижней станции «Поляна Чегет» и доходит до станции Кафе «Ай».

2 очередь: Кафе «Ай» — «Чегет 3»

На второй очереди действует одно-кресельная канатная дорога "Чегет-2".
Канатная дорога второй очереди «Чегет 2» отходит от Кафе «Ай» и идет до станции «Чегет 3» (3080 м.). В пути открывается очень красивая картина: справа белоснежные шапки Эльбруса, слева — сверкающие вечными снегами вершины Донгузоруна, Когутая и Накры.
Также работает сеть бугельно-буксировочных дорог.

На горе Эльбрус:

1 очередь: Азау — Кругозор

На первой очереди действует две канатные дороги: старая маятниковая дорога и новая гондольная дорога.
Маятниковая канатная дорога "Эльбрус 1" начинается от станции «Азау»(2350 м) и доходит до станции «Старый кругозор» (3000 м). Время пути старой маятниковой дороги — 15 минут.
Новая канатная дорога "Эльбрус" гондольного типа была открыта в декабре 2006 года. Она соединяет нижнюю возвратную станцию на поляне «Азау» с верхней приводной станцией «Старый Кругозор» и установлена параллельно уже существующей маятниковой канатной дороге. Это новейшая модель подвесной канатной дороги гондольного типа с отцепляемыми гондолами. Вместимость одной гондолы – 8 человек. Одновременно работают 58 гондол. Протяжённость трассы составляет 1740 м., перепад дороги — 580 м. Время пути новой гондольной дороги — 5 минут. Производительность — 2400 человек/час.

2 очередь: Кругозор — Мир

На второй очереди действует старая маятниковая канатная дорога "Эльбрус-2" и новая канатная дорога "Эльбрус" гондольного типа.
Маятниковая канатная дорога "Эльбрус — 2" начинается от станции «Старый Кругозор» (3000 м) и идет до станции «Мир» (3500 м). Протяженность дороги — 1800 м. Время проезда в одном направлении — 12 минут.
Новая канатная дорога "Эльбрус" гондольного типа была открыта в апреле 2009 года. Она представляет собой новейшую модель подвесной канатной дороги с 8-ми
местными гондолами производства французской фирмы "РОМА" — одного из мировых лидеров в области канатных транспортных систем. Дорога соединяет две горнолыжные
станции: «Старый Кругозор»(3000 м) и «Мир» (3500 м). Протяженность дороги — 1800 м., пропускная способность — 2400 чел./час.

Про Эльбрус и Чегет — ещё несколько картинок

Время проезда в одном направлении — 5 минут.

3 очередь: Мир – Гара-Баши

На 3-й очереди действует канатно-кресельная дорога "Эльбрус".
Канатно-кресельная дорога "Эльбрус" начинается от станции «Мир» (3500 м) и идет до станции «Гара — Баши» (3850 м). Однокресельный подъёмник хотя и старый, но работает стабильно. Отсюда, с высоты 3800 м. начинается сертифицированная трасса No 1 до поляны "Азау" 2300 м.
Также работает сеть бугельно-буксировочных дорог.
В настоящее время в Приэльбрусье приступили к строительству третьей и проектированию четвертой очередей новой канатнойдороги. Вслед за второй очередью канатной дороги гондольного типа на Эльбрусе должна появиться и третья. Её пропускная способность составит 1600 человек, а протяженность — 1700 м. В планах также
строительство четвертой очереди — до станции "Приют Одиннадцати" (4200 м).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *